Prince Weter - alter ego

февраль 27, 2007 on 10:16 am | Администратор | In Люди, просто люди.. друзьм | Без комментариев

Настало время 6,7 вопросов: Положение о работе городских кладбищ в рамках муниципального предприятия ЕМУП “Комбинат Спецобслуживание”.
Выступал по данным вопросам директор ЕМУП Котельников.
Первый вопрос который я ему задал:
- За что вы содержались под стражей и какое Вам судом было вынесено наказание.
Отвечать он отказался.
Тогда я сказал:
- Я и так знаю. Сидели Вы в тюрьме за то что собирали со всех кладбищ деньги. И вот при передаче 500 000 с уралмашевского кладбища Вас задержали. И меня поражает тот факт, что человек, который был пойман за руку, посажен в тюрьму, осужден за это преступление, вышел и снова возглавляет то же предприятие. И о каком же порядке на кладбищах может идти речь?

Также я рассказал депутатам, что цены за могилу на кладбищах варьируют от 30 до 800 тысяч (Широкореченское кладбище) Хотя об этом и так все знают. Всем депутатам приходилось сталкиваться с вымогательствами.

февраль 16, 2007 on 1:43 pm | Администратор | In Люди, просто люди.. друзьм | Без комментариев

на той неделе по всем СМИ показывали встречу прокурора области Кукушкина с Поруновым.
тема все та же. Обиженная дума жалуется прокурору на действия правоохранительных органов при выемке документов из кабинета Романовского.
было объявлено, что найдено взаимопонимание с прокурором, действия сотрудников признаны неадекватными и все будут наказаны.
Кстати сказать, все это было озвучено дикторами потому как звуковой записи самой встречи не было, была только картинка.

меня сразу возмутила постановка вопроса - адекватности действий. Т.е. проще говоря выборочности, что в юриспруденции недопустимо. К своему великому счастью, утром следующего дня в раздевалке бассейна, я встретил прокурора Кукушкина.
Естественно, я сказал:
- Здрасьте, Вам, уважаемый.
Он улыбнулся, и сказал:
- И Вам того же.
Мы поздоровались. И я обратился к нему как одному из самых больших профессионалов в нашей области с вопросом:
- Вчера Вас показывали вместе с Поруновым, что он откомментировал эту встречу так, что Вы называете действия правоохранительных неадекватными и все виновные будут наказаны. Объясните мне пожалуйста понятие адекватности. В моем понимании есть “законно” или “незаконно”.
Кукушкин помрачнел, и сказал:
- Вот и спросите у Порунова… Потому, что я такого не говорил. Я ему сказал, что есть конкретные нарушения в действиях людей, которые проводили выемку, т.е. я ему (Порунову) привел конкретную статью, по которой сотрудники правоохранительных органов не имеют права одевать маски, кроме определенных конкретных случаев, а именно все что связано с бандформарованиями.
я с ним согласился. Это нам было и раньше известно.
потом он спросил качаюсь я или плаваю? Я ответил и то, и то. Но специализируюсь больше на плавании, и что проплываю больше 6 км за тренировку. Он был очень удивлен.
мы пожали друг другу руки, и он ушел.
честно скажу: нормальный дядька.

февраль 16, 2007 on 1:39 pm | Администратор | In Люди, просто люди.. друзьм | Без комментариев

прочитал редкостную фигню http://www.my-works.org/content/works/text.html?text_id=20685 и ничему не удивился. автор этой статьи (как мы понимаем оперативный сотрудник) редкостный подонок и негодяй.
я считаю, что всем сразу понятно почему у нас такое положение с наркотиками.
даже сейчас не буду умничать по поводу того, что эта мразота недостойна мизинца человека, ветерана ВОВ, который к нему обратился. это и так понятно. просто скажу, что к сожалению таких оперов очень много,которые вместо того чтобы брать и садить наркоторговцев будут выдумывать кучу причин чтобы не работать, но а самое главное такой опер всегда заинтересован в наркоторговле потому, что он с этого кормится.
мы таких видели кучу. Это Салимов, Котик, Соболь, Гирфанов, Семенюк,Кологойда и еще куча мусоров, которых мы усадили в тюрьму за наркоторговлю.
И ничего сложно нет чтобы барыга сидел в тюрьме.
Мне бы очень хотелось узнать фамилию опера от имени которого написана статья. я больше чем уверен, это подонок и негодяй.
на сегодняшний день у нас на пейджере более 52 000 сообщений от жителей нашего города и куча наркоторговцев сидит именно после отработки этих сообщений. но, к сожалению, таких оперов, как эта падла, хватает,поэтому такой бардак у нас и творится.
Я считаю, что честных оперов гораздо больше.

февраль 16, 2007 on 1:36 pm | Администратор | In Люди, просто люди.. друзьм | Без комментариев

состоялось 36 заседание городской думы.
1,5 часа убили на обсуждение флага города Екатеринбурга.
cразу скажу, тот флаг за который предлагалось голосовать выглядит следующим образом: поперечные три полосы - желтая, зеленая, синяя. Посередине зеленой полосы колодец, а рядом печка. Вот и все. Вид нашего флага как деревня во время Великой отечественной войны после налета фашистких летчиков. полная ж…
после полутора часов отправили этот стяг на доработку.
я бы даже согласился вместо этого флага на флаг, на котором будут профили Чернецкого, Тунгусова и Порунова. и повеселей будет)))

Б.С май 24, 2006 on 12:57 pm | Администратор | In Люди, просто люди.. друзьм | Без комментариев

Я задаю себе вопрос
Ну почему судьба жестока?
И почему все так ужасно плохо?
Когда я вижу в нем огонь,
Он утихает словно боль. Когда соприкасаются тела,
Я чувствую, как спит его душа.
И словно ветер задувает страх
В его задумчивых глазах!

К 7 ЛЕТИЮ ОБЩЕСТВЕННО - ПРОМЫШЛЕННОГО СОЮЗА “УРАЛМАШ” май 3, 2006 on 11:14 am | Администратор | In Люди, просто люди.. друзьм | 2 комментариев

Шестого мая 1999 года в стране произошло экстраординарное событие. Министерство юстиции Свердловской области официально зарегистрировало организацию с неброским пролетарским названием “Общественно-политический союз ‘Уралмаш’”. Сокращенно - ОПС “Уралмаш”. Ныне Акционерное Общество “Европейско-Азиатская компания”.
В состав учредителей нового бодрого коллектива единомышленников вошли 23 физических лица начиналось все с небольшой команды бывших спортсменов, друзей и родственников, живших в окрестностях легендарного завода “Уралмаш”. “Крестными отцами - основателями” ОПС считаются братья Григорий и Константин Цыгановы. К братьям присоединились родственники, соседи, одноклассники, очень хорошие знакомые — Сергей Терентьев, Александр Хабаров, Сергей Курдюмов, Александр Крук, Сергей Воробьев, Андрей Панпурин, Игорь Маевский, Александр Куковякин, Сергей Кокшаров и еще пара десятков человек. . Ну так и что ж? В добрый, как говорится, путь.
Тем не менее факт регистрации государством скромного на первый взгляд начинания привел население области и даже сами власти в состояние некоторого умственного оторопения. Странность заключалась в том, какие именно люди юридически оформили свои отношения с Родиной. 23 упомянутых лица до 6 мая 1999 года все-таки больше были известны как учредители совершенно другого бодрого коллектива единомышленников - организованного преступного сообщества “Уралмаш” (сокращенно - ОПС “Уралмаш”), одного из самых крупных и нашумевших в стране.
Кровавые убийцы рвутся к власти, сразу подметили наиболее бодрые аналитики. А убийцы ли, если оно не доказано? - задумались граждане со склонностями к мыслительному процессу. Бывшие гангстеры хотят наладить с Родиной цивилизованные отношения, сказали робкие либералы.
В любом случае понятно, что в Екатеринбурге случилось нечто, доселе невиданное и непознанное. Россия вообще сейчас с натугой высиживает это не очень еще ясное нечто. И каждый его вздох, каждое шевеление крайне интересны. Так что пытливым соотечественникам следовало бы внимательнее приглядываться к обстановке на местах. Что мы сейчас, собственно, и сделаем.

На местах

Какая-то такая непростая тяга к естествознанию чувствуется во всем городе Екатеринбурге. Какое-то явное умственное усилие демонстрирует он всем своим видом и внутренним устройством проезжему человеку. Чуть ли не 200 заводов, фабрик и комбинатов построила здесь в свое время советская власть, собрав в одном месте довольно приличное количество пролетариев (сейчас здесь живет почти полтора миллиона человек). Однако же и завела тут тягу к знаниям, открыв несколько вполне приличных высших учебных заведений. Вот эта странная смесь сноровки с интеллектом в конце концов и сделала из Екатеринбурга город настоящей рабочей смекалки.
Красоты тут, прямо скажем, немного. Посреди города стоит недостроенная телебашня, с которой каждый год падает по нескольку человек, в гостинице “Большой Урал” берут пять рублей залога за ключ от номера (чтоб не сперли), а в лифте написано, что во время землетрясения пользоваться им запрещается (последнее землетрясение наблюдалось здесь в 1913 году). Ну и наконец: отсюда, как известно, произошел Борис Николаевич Ельцин. Чем не смекалистый город?
Внутренне Екатеринбург устроен по принципу заводских слободок. Две центральные авениды - проспект, разумеется, Ленина и улица какого-то Малышева. Остальное - места компактного проживания трудящихся, миры с романтическими названиями ЖБИ или, положим, Сортировочная. Эти миры всегда находились между собой в каких-то особенных отношениях. Так вирусы и антитела соседствуют в одном живом организме. Однако переход из одного измерения в другое, тем более в темное время суток, был в свое время чреват непредсказуемыми последствиями. Чужому могли запросто проломить череп.
Самый большой и географически изолированный от остального Екатеринбурга окраинный мир называется “Уралмаш”, по имени завода, производившего в свое время неподвластное уму количество шагающих экскаваторов. Экскаваторы шагали по планете, а по улицам “Уралмаша” мыкались дети рабочих в советских болоньевых курточках. Они искали себе места в этой жизни, но жизнь не предлагала им в будущем никакого особого разнообразия.
Рассказывают о такой классической сцене нравов тех времен. Заводу “Уралмаш” 50 лет. Посереди улицы стоит трудящийся в пиджаке, украшенном медалями за производственные доблести. Трудящийся пьян и неспокоен, как студень. На него истошно лает собака.
- Что ты орешь, сука? - обращается пролетарий к животному. - Сегодня “Уралмашу” - пятьдесят.
Мало кто верил здесь, что станет когда-нибудь телезвездой или знаменитым ученым. Ученые и телезвезды жили на другой планете, и достичь ее было невозможно на шагающем по земле экскаваторе. Но был, был способ вырваться из этого мира или хотя бы изменить его. Для этого нужно было стать олимпийским чемпионом, сильным и свободным человеком из репортажа по первой программе. Весь “Уралмаш” был увлечен этой затеей и истово занимался спортом, чтобы сказочным мышечным усилием опрокинуть повседневность.
Они не стали чемпионами. Но пот их превратился в нечто. В сгусток темной непредсказуемой энергии, которой суждено было не просто раскромсать обыденность, но и видоизменить всю страну.

Нечто

Когда бы кто-нибудь додумался открыть музей истории гангстерского дела народов Урала, нам было бы сегодня несколько проще. Мы бы стояли теперь в роскошном, хорошо кондиционируемом помещении с мраморным полом и малахитовыми колоннами. В небольших декоративных фонтанах, работающих от розетки, пузатые фарфоровые младенцы орошали бы каменные горки прохладною водой. Многочисленные шестисотые джакузи, стоящие в углах под богатыми образами, настраивали б нас на верный лирический лад. А экскурсоводы с тяжелыми золотыми гайками на пальцах неторопливо водили бы публику от раздела к разделу, направляя праздное любопытство толпы на наиболее красочные фрагменты истории.
Но никто не построил такого музея. От этого наше путешествие в мир иных понятий, в страну братков, стрелок и разводок, в измерение, где жизнь и смерть зачастую значат одно и то же, станет во многом интуитивным, любительским и спешным. Но мы обязаны попасть туда. Не ради банального любопытства, а ради самих себя. Ради своих же страхов, догадок и самодельных мыслей. Вперед, вперед, друзья, к началу осмотра, который, конечно же, следовало бы озаглавить “Способы охоты на мамонта”.
Что ж открывается тут нашему мысленному взору? Мутные черно-белые фотографии десятилетней давности. На них - молодые физические лица спортсменов с “Уралмаша” Григория и Константина Цыгановых, лыжника Александра Хабарова, самбиста Сергея Воробьева и других. Если бы природа-мать подарила нам счастье родиться милиционерами, мы б не мешкали с размышлениями: десять лет назад именно эти люди организовали в Свердловске банду, которая занялась выколачиванием денег с начинающих коммерсантов. Цветочники, рыночные бабули, ларечники, наперсточники и самодеятельные кооператоры столкнулись не с доброй волей государства, но с крепким и тяжелым, как булыжник, рабочим бандитским кулаком.
Впрочем, те, кто по недосмотру Господню может мыслить не только языком протокола, заметят тут следующую особенность. Не воля партии, но деньги начали в то время править миром. Короткие, быстрые и наличные, они, как клопы в провинциальных гостиницах, шныряли по телу Родины, доставляя ей беспокойство, а она не умела поймать их своими большими неповоротливыми руками. Клопы же подчинились силе. Человеческая мышца стала инструментом, первобытной дубиной, которая при ударах мгновенно высекала из каких-то пустяков джин-тоник, сигареты “мальборо”, видеомагнитофон, автомашину BMW и тонконогую любовницу.
Вот что сделалось тогда в стране, граждане терпеливые зрители. Простые ребята с “Уралмаша”, дети шагающих экскаваторов, получили в свои руки методику, действующую систему охоты за деньгами. Пускай была она примитивной. Но и они недолго тешились клопами. Они увидели на горизонте мамонтов. Больших сочных мамонтов, прогуливающихся по злачным закромам. Оттуда пахло экспортными операциями, рынками металлов, средним и крупным оптом. Это были весомые денежные потоки, сокровенная мечта всякого голодающего. Подступиться к этому было страшно. Государство рыло под мамонтов глубокие укромные западни. Трудящиеся же решили затаиться в лесу, выскакивать оттуда и забивать их дубинами.
Это было сладкое время легких побед. Одного мамонта хватало надолго, а Родина не считала потерь. Но дело в том, что лес-то оказался не пустым. Там, в его глубине, с дубинами бегали и другие люди. Центровые и Синие, так назывались они. Первые не были детьми рабочих окраин, а происходили из центра. Родным же домом Синих считалась тюрьма. Татуированные уголовники, носители старых советских воровских традиций тоже хозяйничали в лесу. Рано или поздно им всем суждено было встретиться.
Но, впрочем, это случится только во втором разделе нашей экспозиции. Перейдемте в другую залу.

Война

Начало Великой отечественной гангстерской войны на Урале местные летописи относят к 1992 году. Формальным поводом к началу боевых действий стало убийство одного из братьев Цыгановых - Григория. Его застрелили в тихом зеленом жилом массиве “Уралмаша”, прямо дома, на собственной кухне. Стреляли откуда-то из дома напротив.
То, что происходило в городе после этого убийства, до сих пор впечатляет и самих участников событий, и местные власти. Губернатор Эдуард Россель, например, с содроганием вспоминает, что тогда в Свердловске в день убивали по шесть-десять человек. На улицах появлялись люди с оружием, время от времени что-то взрывалось, сгорало и пропадало навеки. Почти два года город пах порохом и кровью. В России тогда впервые заговорили об организованной преступности, взявшейся за раздел сфер влияния.
Памятники этому безумию желающий сегодня может самолично осмотреть на Широкореченском кладбище Екатеринбурга. Прямо у входа, на центральной аллее, высятся исполинские монументы павшим. На грандиозной черной мраморной доске резцом выполнен крупный мужчина в натуральную величину. Он одет в цивильный пиджак. Рука его крепко сжимает ключи от “мерседеса”. Чуть поодаль - распятый Христос, почти живой, как будто только что с нагрудной цепи. За ним - четыре каменных головы на постаментах. Под одной лежит Олег Вагин, один из лидеров Центровой группировки. С ним вместе, как всегда, три его охранника. Живые цветы. Чистота. Покой.
Сидя здесь, под сенью гангстерских погостов, почтенный странник может задуматься о происшедшем. Взгляд его скользнет по холодному мрамору могил, и он, возможно, вспомнит о деньгах, способных заставить людей ненавидеть друг друга. Потом он посмотрит на матушку землю и, конечно, поймет, что место на ней порою тоже стоит крови. А после он вздохнет, махнет рукою, и мысли его займут и вовсе посторонние предметы, наподобие долгов, дизентерии и утраченной молодости. Но мы все же позволим себе потревожить его раздумье и напомнить о том, что любая война, по большому счету, не проблема денег, территории или славы. Это битва системы с системой, прогресса с отсталостью, это схватка идеологий, убийство теории и торжество практики.
Первыми на Урале отступили Синие. Будучи заурядной уголовной татуировкой на теле умирающей советской власти, они могли противопоставить врагу только устаревшую воровскую мифологию. Кривое отражение партийно-хозяйственного механизма управления, со всеми его пленумами, нелепыми клятвами, президиумами-малинами и государственным распределением, было без жалости вдребезги разбито принципиально новой силой. Стройная система, в которой каждый знал свое место и получал сообразно вложенному профессионализму, система с общаком, сиречь государственным бюджетом, демократически сформированным в интересах каждого солдата, растерзала помпезную татуированную номенклатуру в куски, в порошок, в пыль. Поэтому, когда спрашивают, далеко ли до гибели коммунистической идеологии в России, можно не делать сложных умопостроений. Нет больше никакого коммунизма. Его убили еще в 1992 году.
Но дальше предстояла куда более серьезная схватка. Разобравшись с трухлявой системой распределения благ, бандиты схлестнулись системами управления. Диктатура или либерализм. Ни больше ни меньше. Именно так стоял вопрос на политых кровью улицах Свердловска.
Уралмашевская преступная группировка, произошедшая из глубин пролетарского мира, всегда считалась более демократичной. Важные решения обсуждались там коллективно, рядовой солдат всегда мог задать своим папам-генералам любые вопросы, вплоть до самых неприятных. Центровая же публика склонялась к интеллигентствующему цинизму. Там была выстроена жесткая иерархическая система, и любой братан, которого вызывали на прием к начальству, изнывал от ужаса в сенях, не зная наверное, останется ли в живых.
Именно этим двум идеологиям предстояло убедить друг друга свинцом и тротилом. Почти два года шел бой, знамя победы переходило из рук в руки. Но уралмашевские аргументы, их модель жизнеустройства в итоге оказались сильнее. И им досталось право остаться среди смертных. Повергнутым врагам же были дарованы покой и слава, застывшая в мраморе.
Никто не был наказан властями за эту войну. Свободу не отняли ни у одного участника событий. Всякое уголовное дело, которое пытались заводить на предполагаемых бандитов, рассыпалось в прах. Убийства не были раскрыты. И с точки зрения пылкого гражданского самосознания - это вопиющее кощунство властей, знак их беспомощности и свидетельство преступного их попустительства.
Однако имеет смысл надеяться, что в этом мире существует иная логика, иные знаки. Не то чтобы какие-то безнравственные или циничные. Вовсе нет. Просто иные. Позволяющие взглянуть на происшедшее совершенно в другом свете, ракурсе и преломлении. Стоит только чуть-чуть зайти за грань, слегка повернуть призму, и вот мы наблюдаем привычное не так плоско, не так поспешно.
Ведь мы не отрицаем же, что говорим сейчас о войне. О реальной войне, которая велась не только на Урале, но и во всей России. Но что это была за война? Что за боевые действия фиксировали милицейские протоколы? И вот если мы лишь слегка, лишь на секунду позволим себе непозволительное и заглянем туда, куда нам вовсе не следует, то мы ведь можем совершенно внезапно прийти к мысли, что это была гражданская война. Та самая, в тоскливом ожидании которой томились публицисты, о скором начале которой с ужасом говорили когда-то на кухнях. Война режимов, война бедноты с толстосумами, война капитализма с коммунизмом, война всех остальных с евреями. Называйте как угодно, но суть не меняется - гражданская война.
Мы не участвовали в ней и, видимо, не будем участвовать никогда. По крайней мере, ныне живущие поколения. Кажется, бандиты отвоевали ее за нас. Дети шагающих экскаваторов отдали небу свою кровь вместо нашей. Они наелись свинца, который, быть может, был отмерен вовсе не им. Они разрыли нашу ссохшуюся землю, они полили ее потом и кровью своих тел. Они сделали ее в конце концов плодородной. В нее осталось лишь упасть зерну. И оно уж упало и проросло.
И имя ему - капитал.

Капитал

В этом зале, мои терпеливые соотечественники, нам предстоит осмотреть бандита в разрезе. Проникнуть, так сказать, в суть механизмов, приводящих его в действие и управляющих его правосознанием. Обратите внимание на этот макет. Перед нами наш брат по разуму. Голова его коротко острижена, глаза выполнены из холодного стеклянного материала, пальцы расставлены веером. В правой руке - паяльник. Сейчас мы подключим макет, паяльник нагреется, и вы подойдете поближе. Внимание! Что вы чувствуете?
Правильно! Бандит - не труженик. Он не имеет собственности, не производит кирпич, сало, уголь, стекловату и баяны. Он вместе с паяльником участвует только в системе перераспределения благ, созданных совершенно другими людьми. Максимум, что может произвести рассматриваемый нами экспонат, это услуга. Она называется “крыша”.
Хорошая “крыша”, конечно, стоит денег. Она может какое-то время приносить прибыль, тешить деловое самолюбие и давать возможность чувствовать себя венцом творения природы. Но ровно до тех самых пор, пока не станет ясно, что “крыша” вторична. Она лишь верхушка чего-то другого. Она пыльна и заурядна, как… Как что, кстати? Да как государство. Потому что “крыша”, вообще-то, - тривиальная услуга Родины налогоплательщикам. Это дело скучных конторских служащих наподобие президента, премьер-министра и кого-то там еще взятого ими на работу, но кого, мы точно не знаем и знать особенно не хотим.
Так что мы сейчас, граждане, отключим-ка макет бандита от сети, паяльник остынет, вы перестанете верещать, и мы отправимся дальше, туда, где крутятся настоящие деньги. А к следующему вашему посещению пальцы бандиту мы выпрямим, дадим ему портфель, нарастим волосы и оденем в форму налогового инспектора. Пока же - вперед, к плохо пока еще освещенным стендам, повествующим о послевоенном строительстве. То есть о том, как организованное преступное сообщество “Уралмаш”, победив на Урале, стало обзаводиться собственностью. Или капитализироваться, как мы это называем.
Не претендуя, естественно, на абсолютную точность, можно тем не менее говорить, что после 1993 года практически все сектора экономики Свердловской области, в которых так или иначе фигурировали наличные деньги, отошли под контроль ОПС “Уралмаш”. Ларьки, бензоколонки, оптовые рынки, магазины, казино, рестораны, стадионы - все это добро досталось победителям. И, видимо, областью дело не заканчивалось. Сообщество, например, отчасти контролировало в свое время самый крупный московский аэропорт Домодедово.
Однако от коротких денег со временем пришлось переходить на средние и длинные. Не от жадности. Просто заставила жизнь. Бывшие уралмашевские спортсмены включились в игру, которая устроена не просто по понятиям, а по своим весьма жестким законам. Содержание в тени государства такого громоздкого хозяйства требовало все больших средств. К тому же и прогресс не стоял на месте. Это раньше можно было в каждый ларек сажать по бойцу. А куда девать их теперь, когда кругом одни оптовые рынки и такого количества обслуживающего бандитского персонала просто не требуется.
Иными словами, “Уралмаш” неизбежно начал вкладываться в промышленность, недвижимость и капитальное строительство.
Нынешняя структура собственности ОПС крайне сложна, нарочито запутана и толком известна ограниченному количеству людей. Однако по отрывочным сведениям можно судить, что сообществу принадлежат контрольные, блокирующие или в некоторых случаях управленческие пакеты акций в цветной металлургии области, в ее добывающей, легкой и пищевой промышленности, в производстве спирта. ОПС к тому же владеет несколькими крупными гостиницами Екатеринбурга, в том числе на долевых, судя по всему, началах самой дорогой - “Атриум-Палас-Отелем”, стоимость самого скромного номера в котором составляет 180 долларов в сутки.
Ну так что ж? К сегодняшнему дню бывшие лыжники с дубинами, с трепетом караулившие зазевавшихся мамонтов, сами этими мамонтами и стали. Говорят, что денежные обороты уралмашевских теперь вполне сопоставимы с оборотами всей Свердловской области. А это уже, граждане, не шутки. С таким серьезным хозяйством, которое к тому же приходится тщательно оберегать от государства, одним паяльником не управишься. Мамонту паяльник без надобности. Ему теперь надо точно знать, куда двигаться, чтоб не угодить в многочисленные укромные засады, щедро нарытые повсюду родимым Отечеством, и держаться подальше от леса, где прячутся голодные оборванцы с топорами.
Обратите же внимание на мамонта, милостивые государи! Вот он стоит у нас в углу. Громадные бивни, маленькие глазки. Что там, внутри его пуленепробиваемой черепной коробки? Какие мысли ворочаются в этой страшной голове? Кто подскажет? Нам надо бы как следует знать. Так ведь у нас для этого имеются дипломированные специалисты. Вот их портреты, обратите внимание. Они хорошо освещены и помещаются в добротных рамках. Что это написано там? Сергей Голубев и Дмитрий Карасюк, вот что там написано. Один - финансовый менеджер ОПС “Уралмаш”. Второй - специалист по связям с общественностью.

Понятия

Итак, мы начинаем с Сергея Голубева. человек в очках. Джинсы, футболка, мобильный телефон, высшее экономическое образование. Он работает не “на” ОПС “Уралмаш”, а “с” ОПС “Уралмаш”. Такая формулировка, он считает, звучит покорректнее. Его просто наняли для обслуживания финансовых потоков, приведения в порядок инвестиционной политики и улаживания налоговых проблем с государством. И нам в таком случае крайне любопытно теперь заглянуть Сергею Голубеву в глаза и поинтересоваться, как и о чем он думает. Получается, что это от его работы зависит, как скоро произойдет знаменательное событие и российская теневая экономика выйдет наконец в свет.
В бизнесе нельзя обманывать партнера и нельзя красть деньги. Нельзя, и все. По понятиям.
Понятия - это уголовная библия, или, если хотите, кодекс законов о труде, принятый в мире, о котором очень мало знают.., к сожалению или к счастью. Понятия всегда изменялись и развивались вместе со страной. Они были ее неловкой копией, слепком, тенью, противовесом, тождественностью со знаком минус. Но именно поэтому их всегда так и тянуло друг к другу, такой мистической и желанной была их связь, так судьбоносно взаимопроникновение.

Вспышка

За вспышку, точнее, за ее приближение, в ОПС “Уралмаш” отвечает уже упомянутый выше молодой человек по имени Дмитрий Карасюк. Он бывший журналист, весьма, надо отдать ему должное, небестолковый собеседник, и именно на него возложены обязанности по связям уралмашевского сообщества с общественностью. Общественность в лице журналистов время от времени связывается с Карасюком по мобильному телефону и спрашивает что-нибудь типа:
- Дим! Вот вчера в городе в казино из гранатомета стреляли. Это не ваши?
Карасюк отвечает в том смысле, что: почему ж, если из гранатомета, то сразу наши? Нет, не наши. Еще из любимых ответов Карасюка: мы принципиально не занимаемся оружием, наркотиками и проститутками. Спортсмены все-таки. Здоровый образ жизни.
Если не звонить Карасюку по мобильному телефону, а просто посидеть с ним за пивом, можно узнать довольно много подробностей о том, как ОПС “Уралмаш” пытается выйти в люди. Первая заметная, но неудачная попытка была предпринята пару лет назад при выборах в областную думу. Сообщество решило провести туда своих людей при помощи почему-то социалистической партии. Почему именно социалистической, одному Богу известно. Видимо, под руку подвернулась. Если верить Карасюку, то решили так: лишь бы не фашисты и не коммунисты. Да и потом, судя по всему, купить себе в собственность местное отделение соцпартии оказалось не так уж дорого и хлопотно. Тем не менее толковых результатов это не принесло. Партия не набрала даже трех процентов голосов.
В 1997 году нынешний руководитель ОПС Александр Хабаров попытался стать депутатом Государственной думы в ходе довыборов в ее состав. Но и этот план тоже не сработал.
Наконец, в этом году родилась принципиально новая идея, довольно лихая по своей смелости. Хабаров и его люди решили больше не прятаться за устоявшиеся государственные институты. Зачем, подумали. С какой стати? Чего бояться-то? И отнесли в Минюст документы на регистрацию общественно-политического союза “Уралмаш”.
- Хотели сначала как-нибудь красиво расшифровать любимую народом и милицией аббревиатуру ОПГ - организованная преступная группировка, - вспоминает Карасюк. - Но на “г” не нашли адекватного слова. Так что решили уж прямо как есть - ОПС.
Конечно, следовало б спросить Дмитрия Карасюка: а зачем вообще был официально зарегистрирован такой союз, с какой, собственно, конкретной целью? Но все возможные ответы куда скучней самого по себе факта. Гораздо интересней, кстати, спросить Карасюка о результатах социологических исследований, которые связист с общественностью регулярно проводит в области на деньги сообщества. И вот они, самые свежие. Кем вы считаете Сергея Воробьева, председателя общественно-политического союза “Уралмаш”, было спрошено у народа.
Политиком - ответили 38% респондентов;
предпринимателем - сказали еще 30%;
преступником - решили всего 15%.
- Мы работаем над этой цифрой, - говорит Дима. - Нам некуда торопиться.
Торопиться следует нам, ибо впереди нас ждет еще встреча с самим героем этого исследования, да, впрочем, и повествования тоже. Нам пора уж к Александру Алексеевичу Хабарову, которого свои люди зовут просто Алексеичем. Он ждет нас в своем офисе, из окна которого видны одиннадцать неработающих труб “Уралмаша”. И ему любопытно взглянуть на нас, и нам хотелось бы посмотреть на него и задать ему все свои вопросы. Но прежде все-таки следует опросить еще двух немаловажных респондентов региона - губернатора Свердловской области Эдуарда Росселя и представителя президента Юрия Брусницына. Их мнение о ситуации тоже чего-нибудь да значит.
Эдуард Россель знаменит в Екатеринбурге одной своей фразой, которую цитируют все, вплоть до таксистов. Общаясь с журналистами на тему об организованной преступности, он в свое время сказал примерно так. А что? Вот приходит ко мне человек, а мне говорят - он вор. Я говорю: проходи, вор. Садись, вор. Велю ему вкладывать деньги в строительство. Он вкладывает. А вы говорите - вор.
- Я помню эту фразу, - вспоминает теперь Эдуард Эргартович (Россель). - Бог с ним, что по этому поводу говорят. Зато я точно знаю, что именно я имел в виду. Если вы говорите, что человек вор, докажите. До тех же пор, пока он не в тюрьме, он свободный человек. Мне проще считать ворами тех людей, которые покупают здесь собственность, чтобы хапнуть и потом отскочить. Нам здесь таких не надо. Нам нужны реальные собственники, люди, которые хотят здесь работать и приносить пользу себе и стране. А кем их считают, мне безразлично.
Представитель президента Юрий Брусницын более метафоричен в выражениях. Он, кстати, был против официальной регистрации ОПС “Уралмаш” в Минюсте, но в конечном итоге признает сейчас, что никаких оснований для отказа у властей не было.
- Знаете, вот бывает, что человек болен гриппом, - говорит Юрий Брусницын. - И ему нельзя появляться среди здоровых людей. Но пройдет какое-то время, и он выздоровеет. И ему можно будет спокойно подавать руку, не боясь заразиться. Думаю, что и с ОПС “Уралмаш” та же ситуация. Слишком много крови было, слишком трудно об этом сейчас думать. Но мы никуда не денемся - они будут работать легально, и мы будем считаться с ними, как с цивилизованными бизнесменами.
Вот здесь мы и поставим точку ………

мини: зарисовка утра апрель 15, 2006 on 5:48 pm | Администратор | In Люди, просто люди.. друзьм | Без комментариев

не верьте тем, кто скажет, будто бы утренняя курица с соусом «барбекю» отрезвляет. мало того, невозможно даже почувствовать вкус этой курицы, а соус вязко будет облипать зубы и вызывать обморочное состояние нёба. остается лишь без спешки и зубочистки достать мольберт и упиваться легкой помятостью ума. сонливо и бессознательно улыбаться ангелу, смотреть сквозь него, в него, через него и с помощью него. Закутывать все легкими штрихами теплой воды, мечтая о новой порции треклятого джонни. А по дороге домой

как можно сочетать в себе любовь и ненависть апрель 15, 2006 on 5:44 pm | Администратор | In Люди, просто люди.. друзьм | 1 комментарий

как можно сочетать в себе любовь и ненависть к гламуру/светскости?
наверное, такое сочетание в данный момент диктуется одновременным чтением двух источников “гламорам” - В.Спектра и сентябрьского L’Officiel. первый по чем зря рубит все прелести светского образа жизни, исповедуя непрекращающийся поток бл@дей и наркоты, ненависть к шмоткам и в это же время невозможность отказаться от этого образа жизни; второй же источник - наоборот - вот вам “снова черный” и “золото остается”, искрометные улыбки знакомых лиц (я люблю вас, Снеголя, Эвелина, Андрюша и Митя!)… . иногда из меня прет …… с ему присущими маргинальностью и раз@быванием звездных рож об умывальники сортиров (наверное, и ВВП, говоря “мочить в сортире”, тоже начитался Ярослава), а чаще я стремлюсь на новые тусовки, примеряя новые рубашки от Adidas ….
так вот, например, вчера под давлением “упражнений языка” Могутина и фильма “SALO” Пазоллини написал душераздирающий текст про серийных убийц, маньков и коксе, но сегодня с удовольствием распиливаю пятничное время ночи (открытие new Jet Set, LookParade, пляжная пати в Летучем Голландце и для приличия SponnCafe с выставкой Time Out), с нежностью вспоминая, что еще в субботу отправлюсь по VIP-приглашению на “Музыку Афиши” со всеми известными своей щедростью welcom drink’ами, а значит в пятницу не обойдется без стимуляторов счастья… .
скажите, один ли я в своем жизненном цикле перевариваю отношения/эмоции к гламуру в том русле, в котором обычно не совмещают их поэты, журналисты и художники?
почему, наслаждаясь блестком страз, наркотиками, улыбками и радостью вокруг, иногда меня клинит и хочется достать винтовку М16, и начать неконтролируемый отстрел SLK-массы, нассать на собственный гардероб от D&G и сменить декорации от Swarovsky на националистическую свастику? Но потом, запивая Chablis’ом затяжку неизменного Parliament, снова возвращаюсь в поток любви и радости, пишу на салфетках ох@енным телкам номер своего телефона ручкой Montblanc из коллекции Boheme Rouge или прячусь в сортире-музее с безумными поцелуями Ангелов? что это? любовь или ненависть здесь двигатель? и если это двигатель, то к чему это ведет? или это просто отрыжка внезапной смены атмосферы?
рад буду всем комментам на заданную тему (можно с привлеченеим ваших френдлент )

Уродское общество! апрель 15, 2006 on 5:38 pm | Администратор | In Люди, просто люди.. друзьм | Без комментариев

Не смотри так на меня. Ты же знаешь, что у тебя есть то, что мне от тебя надо, а у меня есть то, что надо тебе. И мы смотрим друг на друга, как два извращенца в немую погоду, как два облака в глухую невзгоду, как два изверга в другую … похоже мы ищем друг друга. Говорим иными словами.

- Пойдем вместе за бутербродами.

Свихнуться, пихнуться с крыши, с крышей, сойти с ума на хрен, чтобы больше никакая мелодия не наложилась на мысли, чтобы было некуда класть пирожное, чтобы любовь не существовала, чтобы любовь руководила, чтобы любовь убивала.

Я забываю запятые и точки. Я умоляю быть вместе со мной и вне жизни. Твой уксус глаз. Твой укус - алмаз. Забери меня и избей, потому что я увожу от тебя лучшего ……. А ты кричишь мне, что мы цвета собачьих слез. Давай выкрикнем всем, и … мы будем жить. Назло врагам, назло козлам. Мы сами отщепенцы уродского общества. Мы сами – уродское общество.

FACE-CONTROL (a.k.a. УЁ……) апрель 5, 2006 on 12:09 pm | Администратор | In Люди, просто люди.. друзьм | Без комментариев

В вечных поисках заработка жизнь заносит в самые неожиданные места. Именно таким был этот бар. Полуподвал, полубар, полусвет, полутьма. Сорок ступенек вниз, дверь и спускаешься еще глубже (подвальнеее только тайные ходы Средиземноморья). Запахи, которых не существует в природе. Лица, которых не встречаешь на улицах, – как они вообще добрались до этого места, как остались живыми – полукровки, ни люди, ни монстры, тощие, мышечные олигофрены, бритоголовые, манерные, крашенные… . Но отступать нельзя – надо садиться и писать релиз об этом месте во имя собственного благосостояния и успешной карьеры. Всего один столик в углу, самый чистый, будто бы игнорируемый только по этой причине всеми остальными постояльцами этого даже не бара, не кафетерия, а будуара, публичного дома, развратного символа, спрятанного и неизвестного. Кажется, что только официантки, прелестные в своей крашенной белизне, театрально стыдящиеся этого места, - как будто только они одни здесь из нормального, дышащего полной грудью мира.

Заказываю кофе покрепче, достаю блокнот и пытаюсь вдохновиться атмосферой заведения, найти здесь то приличное, что в будущем представит окружающий смрад в лучшем свете. Стараюсь не замечать целующихся бандерлогов, орков и прочей нечисти, которая подталкивает сознание на неизменные ассоциации с демоническими героями сказок и фэнтези. Конспектирую появляющиеся мысли, слагаю возвышенные перлы и не замечаю, как оказываюсь не один. Этот юноша, быть может, моложе всех вокруг. Он мне противен своей манерностью, ужасной одеждой и самим своим присутствием здесь и хочется сказать, чтобы меня оставили одного. Но что-то удерживает от агрессии, и я рассматриваю в нем нечто притягательное. Может, даже не его мягкие скулы и настоящие волосы, поражающие своей чистотой и непослушностью. И точно не его белоснежные зубы, невинная кожа и сверкающие глаза (и какие там еще каноны красоты порабощают фантазии похотливых бездарей?). Я смотрю на него и слушаю весь этот традиционный бред, который слышат от блядей нищих кварталов и обколовшихся шлюх на Невском, словопонос, который читал в страшных агониях Жене, Могутина и Ридли. Я не могу вот так вот сразу послать его на… Думаю, что именно этот персонаж – возможно, живущий здесь, где-нибудь в катакомбах еще более подвальных коридоров, ведущий благополучный быт среди дерьма и крыс, а может и просто случайно сюда попавший, как и я, в поисках озарения и обломка масла на хлеб, – именно он поможет мне абстрагироваться от пошлых статистов вокруг. Войти раж.

Нервно закуриваю и думаю, что эти люди нашли свое невинное гетто, где им можно носить потные платья поверх х… и сочные дилдо вместо ненавистных грудей. Места, где можно быть тем, кем предстаешь лишь в сновидениях. Целоваться с такими же напомаженными мужиками или е… случайно подвернувшегося гуманоида в любом уголке столь неприхотливого помещения. Сигареты, увлеченные осознанием существования иных измерений, обсыпают стол, блокнот и попадают в кофе. Народу становится все больше, а юноша все стрекочет и как-то по-особенному смотрит, измеряя размер моего кошелька, а может и х… Его прерывает лишь появления то ли подруг, то ли братьев – трех детин немыслимых размеров, с волосатыми грудями, длинными сальными волосами и упакованных в красные атласные платья. Они обращаются ко мне то ли с просьбой оплаты проведенного времени, то ли с наездом, что я грязно пристаю к их то ли брату, то ли подруге. И будучи героем светских возможностей, я строю ответы по всем правилам проведения эффективных переговоров, выстраивая речь четко и ясно, но не получаю должной реакции. Вместо этого происходит обычная склока «по понятиям». Хук слева, хук справа и я летящий картинно, прорисованный самим Тромой, в лужу не кофе, не экскрементов, но и не воды. И вот вам Армагеддон: драка в тесном, вонючем баре с теми, для кого даже слово «трэш» слишком изысканное, кого не встретишь на улицах или даже в неприличных клубах. Наверное, я бы так и остался разлагаться здесь, и мой трупик, чтобы не убирать, накрыли бы досками и установили на брусчатое надгробие новый столик, самый чистый в этой дыре. Наверное, … но спасла меня девушка, прекрасная, будто бы подсвеченная изнутри и открыто стыдящаяся окружающего ее безумия, чистая, русоволосая, и самое главное настоящая, без извращений девушка, самка, если угодно. Вытащила меня на улицу, подперла дрожащую дверь хрупким плечиком да тугой косою и прошептала нежно «уё…». Пришлось подчиниться, пересчитывая зубы, ребра и сбитые костяшки. Блокнот, припорошенный пеплом, остался покоиться рядом с нетронутым кофе. Мир не увидит этого релиза, красивого и чистого, невинного и кричащего о непередаваемых атмосферах, звуках и кухне. А в проснувшейся памяти застрянет скверно скроенный лого, где вместо названия «КЛУБ ЗЁБРА» грязными ногтями выцарапано сакральное «уёб@@@й».

апрель 5, 2006 on 9:01 am | Администратор | In Люди, просто люди.. друзьм | 1 комментарий

несколько раз я написал, что я бы продал душу за то-то и за то-то. подведу итоги:
- я помню как впервые сделал вечеринку, посвященную фильмуМ Р База Лурмана, улетел в минус, но 450 человек мне сказали, что было настолько ох…, что я на радостях начал карьеру клубного промутера. я помню те ужасные переживания, что никто не придет, помню счастье каждой улыбки… и за то, чтобы оказаться на этой вечеринке я бы продал душу;
- я помню первую девушку своей жизни. это был первый рэйв, первая бутылка водки (12 лет мне было). и помню эту девушку - высокая, красивая, из 11 класса, королева красоты. помню как она затащила меня в школьный кабинет (дело было на школьной дискотеке) и буквально изнасиловала. но я помню ее в самых мелких деталях - ее поведение, ее горячий рот, упругое, сочное, излучающее похоть и счастье, тело. помню ее шелковистые, почти волшебные, волосы. помню свою бешенную эрекцию и ломающую парты страсть. и я бы продал бы душу, чтобы еще раз ощутить то чувство и страсть (ну и пох.., что вместе мы были 3 недели).
- я помню первый орех по названию кокос. помню странное чувство при взгляде на белоснежную мякоть, вываленную на дорогую “тарелку” и помню то странное ощущение счастья, которое при повторном употреблении ореха так и не повторилось. и я бы продал бы душщу, чтобы вернуть именно то самое ощущение.
- я помню свою первую любовь, сломающей мое отношение к жизни. я помню этого юного бога, от которого мои мысли свихнулись и все, что я раньше делал с девушками вдруг выплеснулось в мыслительных перверсиях по отношению к юному телу, возлежащему рядом. секса не было. была депрессия, слезы и голод. после этого я выбросил пиджак и галстук, забыл про книги и красный диплом и стал распиздяем (но это к теме мало относится). так вот - я бы продал душу за то, чтобы еще раз увидеть этого бога и ощутить те самые эмоции, которые меня настигли.
- я помню свою первую статью, вышедшую в газете “Вечерине Ведомости” и как я тысячу раз перечитывал этот дурацкий мониторинг про дурацкие соревнования в УГТУ_УПИ им. Кирова. дурацкий был материал, собственно, ни о чем - но это были мои первые слова, вышедшие в печати. и я был безумно горд, что так получилось. и, наверное, за это бы я тоже продал бы душу.

все это воспоминания. все это чувства “первого раза”, то есть можно вспомнить еще много чего, но это первое, что пришло в голову. все это не повторится. а значит сделка не состоится.

UPD: задумайтесь, френды, плиз! а за чтобы вы продали свою душу (можно сказать по другом, если кому вдруг не нравится выражение продажной души)?. только, плиз, давайте только по делу - не надо писать, что “моя душа не продается” - это и так мне понятно и не надо писать про то, что это по Фрейду, Корнеги или Шпенглеру значит то или то - я это и так знаю прекрасно, с самоанализом и багажом психоаналитических знаний у меня все в порядке! чмок).

SOBER WEEK-END апрель 5, 2006 on 8:48 am | Администратор | In Люди, просто люди.. друзьм | Без комментариев

… жизнь, сотканная изо льда, шла мимо, и внутри меня.
- неужели ты издох?
- я превращаюсь в цветок….
- так ты идешь с нами?
- видишь солнце - положи его в карман!
- обнюхался что ли?
- в кармане светилу будет тесно… оно точно пойдет в глубины твоего сознания, личности, бога….
- иди ты на@@й! грузишь, бля!
- и ты засияешь…
- ты невозможен!
- … на небосклоне…
- хм….
- … завтрашнего дня….
- … мы будем будущим?
- … только ты и я….
- как ангелы света….
- нет, ты тьма
- все, кажись, и я свихнулся…
- хочешь виски?….

Предаваясь легкому светскому пиз…, мы перемещались на арендованном убитом пежо с одной тусовки на другую («скакали яйца на морозе…» - вырывается из улыбки шлюхи на заднем сиденье). На улице моросил дождь и казалось, что воздух вокруг склизкий и в нем можно случайно застрять… еще чуть-чуть… где-то посреди улицы неожиданно кончатся силы, и ты не сможешь больше разгребать эту дурацкую атмосферу… . Настроение было под стать - хотелось кого-нибудь задушить вонючими трусами от Армани или же просто-напросто нажраться 12-летним Уокером до потери сознания, пульса, координации… и что там еще можно потерять?… развешать на паутине мерзкого состояния климата…

«Я маленькая паршивая таитянская фея! Летаю по ночам среди пальм, собираю кокосы! Я маленькая таитянская фея! Летаю по спящим домам и расх… кокосами семьи!» - новый хит поп-дивы мне кажется загадкой целого поколения … сейчас и здесь, в этом плотно набитом трюме, собрались все премерзости света – просто-таки бал ангелов и бесов. До Хэллоувина еще неделя, но мне уже все окружающие чудятся в каком-то апокалипсическом гриме. Во мне перемешиваются обида, злоба и любовь – я все также хватаюсь за осколки зеркала в кармане, надеясь, что порежусь, и унесусь на пластиковой трубочке с горы безумия в Преисподнюю. Познаю всё очарование страданий и боли, придуманных еще далеко до моего рождения. Восстав же, создам новые виды пыток и издевательств, а потом на бескостной измученной массе собственного alter ego возведу алтарь любви, слабостей, пристрастий и пассий. Водружу на спину полиэтиленовые перья и выдрочив ватагу собутыльников из Ада, полечу сеять пыль фарты … … «Я маленькая беззубая таитянка. Я только что сбежала от крохотных таитянских нуворишей, грозящихся распороть мне брюхо крохотными таитянскими хуями. Теперь я живу в берлинской подземке! Но я все равно маленькая беззубая таитянка! Я – счастливая таитянка!»

- предлагаю заканчивать сегодняшний променад и направлять свои чела в теплые койки [наслушавшись поп-див, королев, букмекеров счастья и знойных трансвеститов, мой рассудок слегка напыщен].
- давай же еще… [поканючим?…]
- [пора искать вдохновение не в безысходности беспамятства, а в небесных троллях]…
- милый, давай дольем тебе еще?
- я бросил пить!
- курить, еб..ь, сосать, тусить?
- What the sober man thinks, the drunkard reveals.
- нихуясе!
- вплавь до моря, превратившись в лилию, ты обезглавлен мною… [я танцую по дождем; как балерун, аки Мантеки грозный, мой мозг вальсирует в беспомощной судороге – на шантаж сославшись, тело вынесли из дома, заставили бродить по ночным огням бессмысленного смысла жизни – как раз тогда, когда от смысла жизни ждешь чего-то иного, нежели бессмыслицы…]
- ладно, предлагаю компромисс – погнали есть суси.
- да! Поближе к дому! Есть суки….то есть суши…
За окном вновь город. Может, красивейший город на сегодня! Я слушаю какой-то дебильный/долбящий микс. Опаздываем на мост один - пытаемся успеть на другой. Нас останавливают менты, и уж совсем не хочется думать, что нас посадят, арестуют за неверное истолкование Священной книги. Отпускают. Выталкиваю сознание из машины – прелестные картинки сливаются лишь в лучезарный ряд. Но среди таких обыденных (ли?) полотен сковываются льдом шедевры жизни - жизнь, сотканная из циничного льда, и жизнь, написанная пылающим огнем любви, … в какой-то момент я четко был уверен – именно к этому костру мы сейчас и направляемся…

На небосклоне
завтрашнего дня
Мы будет ангелами света
… и вискаря.

не читать. ни мне. ни тебе. ни нам. ни вам…… апрель 5, 2006 on 8:45 am | Администратор | In Люди, просто люди.. друзьм | Без комментариев

я не хочу делиться счастьем
и грусти капли не отдам
я лучше буду мерзкой мразью
сукой циником козлом

один в дремоте под бухлом
бульон вещей
и х.. торчком
и мир отравленных теней

купи
сломай
отдай
продай

тупи
хрусти
люби
влюбляй

ну погнали….. апрель 5, 2006 on 8:44 am | Администратор | In Люди, просто люди.. друзьм | Без комментариев

«все, что я буду делать сегодня, я буду делать только для вас»… . live-version концерта Дельфина предваряет праздничное безобразие, россыпью страз расставляются атрибуты новогоднего разврата и пьянства, разум начинает верить в чудеса (все слишком хорошо складывается). И совершенно не волшебное настроение начинает притоптывать под ломанные ритмы мифического плеера, танцует, трепыхается, замирает… вот они, первые гости….

«и только звоном в руках растворяется миг»…. Было бы удивительно, на самом деле, если бы все сложилось хорошо, без единой закорючки. Шампанское разбивает лбы и заливает высокую кухню «советской» шипучкой. Одни артисты не приезжают, другие требуют отдельную от балета гримерку и сочиняют список из пьяных родственников в пару десятков персон (ни того, ни другого нет и в помине). Спонсор требует стол, но свободных мест нет очень давно. Спонсор требует еды и напитков, а все повара уже пьяные блюют в стафф-жрачку. Вот оно: Новогоднее чудо! Феерия зла! Садистское удовольствие! Готическая мразь с фальшивыми волосами! Отваливающиеся ноги, перекошенный от случайностей желудок и печень в полной боевой амуниции (сука с зубами, требующая виски и выталкивающая пиво, соки и минералки).

«она сама по себе невесома, она легче, чем твои мысли»…. Подарки, улыбки и брызги любви вокруг. Мурашки по коже от общего ликования и потери контроля за каруселью взрывающихся фейверков, бенгальских огней и прочей гнусности. Улыбки счастливых. Травмы любимых. Официанты, не скрывающие процесса опьянения и в открытую хлестающие водку, зомбируются вместе с гостями. Это даже не дебош, это какая-то лурмановская оргия с примесью наркотической вакханалии. Бледные (от страха перед бешеной толпой), но с румяными щечками (от выпитого шампанского) танцовщицы кардабалета аки пчелки отрабатывают больше, чем запланировано, раскорчевывая гостей каблуками да перьями, мегасиськами да меганожками.

«давай послушаем диско, крошка! Давай с тобою сойдем с ума. Еще осталась одна дорожка – я поведу тебя по ней до утра»…. Скрываю симпатии к актерам и откровенно подглядываю за мельканиями трусиков и попиков. Котлеты денег, ящики «с лимонадом» (ремарка к «Кинг-Конгу») и эрегированные мысли. Зеркальные шары и безупречная одежда контролируют движенье планет. Блестки ангельской пылью облепляют каждый сантиметр офиса. От греха подальше дарю подарки, кому еще не дарил, признаюсь в любви, кого полюбил, и побыстрее ретируюсь к своим близким….

«я люблю людей»…. Я требую праздника! Нет, не пойду домой топиться в общем перегаре. Уберите наручники и цепи, плетки, хлысты и грязные дилда – никакая символика злостных сексуальных извращений меня не удержит от продолжения банкета! Идите домой, пьяные остатки новогоднего безумия, пропадайте в грезах. А мы глотками помечтаем о фейерверках жизни. И прячась за прелестью льда, зальем себя трепетом огня! И пусть печень наконец-то уйдёт в отрыв, чтобы утром ползать по лицу, а тело с онемевшими ногами предастся греху на танцполе… . Я буду жить, любить, верить и надеяться … надеяться на то, что утром меня найдут в своей (не чужой!) кровати, а разбросанные вещи будут целыми, чистыми, и котлеты откатов не признаются в своей худобе…. Я буду танцевать, пить, куролесить и обниматься с друзьями, поздравляться, признаваться, пить на брудершафт и делать ровным счетом всё, что захочу. Я не буду стесняться, краснеть от дурачеств и всяко разно комплексовать – танцевать грязные танцы и языком облизывать чужые зубы, трогать промежности разных полов и соблазнять трансвеститов….

«ты говоришь, что лучше, чем я, но не прожил бы свою жизнь снова, а я бы прожил, потому что одна она у меня…»… . При разглядывании расхераченного холодильника, зажимая коленками шею любимой девушки, в видениях приходят феи, которых я не дождался. А быть может, глоток пива, честно спизженного с работы, был лишним, и это были не феи, а кошки и крысы, вдруг переодетые в пушистые ползунки, усыпанные стразами грёз и перьями снов. Или же - эльфы, принцессы, … ангелы, в конце концов! Ангелы - голые с пилона, счастливые с бара, хмельные с танцплощадки – все они, являются, кружат нимбом над вздыбленными воспоминаниями. А мы валяемся друг на друге, мертвецки пьяные, перед открытым холодильником, попиваем кислую жидкость из пластмассовой бутылочки и пытаемся осилить смысл того, зачем мы это делаем (ведь надо уже спать). Мы счастливы безмерно. Мечтаем, трогаем себя. Всё цело. Праздник удался. Похмелья не будет – пьяными проснемся и двинем дальше. Потом что наш Новый год еще только начался.

«Всё, это мое последнее слово».